В каких условиях работает Ижевский оружейный завод?

В каких условиях работает Ностальгия по условиям жизни в Царской России не прошла даром для экономики страны и для предприятий Удмуртии, в частности. Уровень производства на многих предприятиях Удмуртии в настоящее время приближается к уровню 1913 года, если не ниже. При этом продукция, производимая на наших заводах, как и во времена Романовых, либо идет на экспорт, либо представляет собой предметы роскоши, недоступные и неинтересные рядовому потребителю.

Многие экономисты заявляют, что впервые в нашей стране объем экспорта превысил объем импорта, хотя правильнее было бы говорить о снижении уровня импорта, что связано в первую очередь с катастрофическим снижением потребительского спроса на внутреннем рынке.

В чем условия высокой производительности?

Ижевский оружейный завод представляет собой зеркальное отражение экономических процессов, происходящих в стране. Как и для многих предприятий, 1999 год оказался относительно благополучным в сравнении с 1998-м. Технические условия производства способствуют росту выпуска продукции почти в два раза. Что составило за первые 6 месяцев этого года 39 тыс. единиц продукции против 20 тыс. за аналогичный период в прошлом. Начались регулярные выплаты зарплат работникам, есть сбыт продукции, объем экспорта вырос почти в 2 раза по сравнению с прошлым годом, балансовая прибыль за первые 6 месяцев — 15 миллионов рублей. Оформлена программа производственного контроля, чтобы осуществлять своевременный и качественный контроль над соблюдением санитарных правил.

Производительность в 39 тыс. единиц стволов на самом деле означает выпуск 300-350 стволов в сутки — уровень мануфактурного, единичного производства. Это и неудивительно, основная продукция завода охотничьи ружья, которые в наше время прекратили быть источником пропитания и превратились в предмет роскоши. Для сравнения: в годы I Мировой войны 1914-1917 гг. производилось до 2000 единиц стрелкового оружия в сутки. Сравнение, конечно, не отличается корректностью, военная ситуация обуславливала большой спрос на стрелковое оружие, но и уровень производственных отношений, уровень техничности и технологичности начала 1914 и 1999 года несравнимы.

Сегодняшние условия работы завода – плюсы и минусы

В каких условияхСегодня мы сокращаем выпуск боевого оружия. Более того, бывший основной потребитель продукции оружейного завода — Министерство обороны Российской Федерации — превратился в основного должника завода. На сегодня долг министерства перевалил 70 ммиллионов рублей, а это составляет почти 3-летнюю чистую прибыль Оружейки. И все это при том, что боевое оружие является одним из немногих российских товаров, которые выдерживают конкуренцию с продукцией самых развитых стран мира. Средняя зарплата на заводе 896 рублей, можно приобрести 8 проездных на два вида общественного транспорта, что когда-то составляло 25 советских рублей. Правда, в наших условиях безденежья и нищеты эти деньги позволяют выжить и даже считаться обеспеченным человеком. И тут мы снова упираемся в объективные законы экономики. Условия на рынке и рентабельность предприятия не позволяют поднять зарплату, вернее, не позволяют работникам завода зарабатывать больше. Есть надежда, что в перспективе зарплата будет все-таки повышена до 950 рублей, правда, неизвестно, какова к тому времени будет потребительская корзина. С другой стороны, платить зарплату — это обязанность работодателя, и только ненормальное положение в этой области позволяет сегодня считать выплату работнику заработанного достижением и даже заслугой работодателя. За первые шесть месяцев 1999 года положительное сальдо предприятия составляет 15 миллионов рублей. Хорошо? Хорошо, да не очень. Это означает, что завод с мировым именем, выпускающий конкурентоспособную продукцию, имеющую спрос на мировом рынке, приносит прибыль, соизмеримую с прибылью 10-15 продуктовых магазинов в Ижевске. Такая аномальная ситуация сложилась фактически на всех высокотехнологичных предприятиях как Удмуртии, так и России в целом.

В условиях конверсии, ориентированной на гражданского потребителя

В 1991 году общеэкономический и политический кризисы в нашей стране привели к тому, что единственной возможностью сохранить оружейное предприятие представлялась конверсия, ориентированная на гражданского потребителя, но вместе с тем позволяющая сохранить технологию производства боевого оружия. Завод расширил производство охотничьего и спортивного оружия. В 1991 году доля боевого оружия составляла 99%, охотничьего и спортивного — 1%, сейчас эти показатели составляют 9,4% и 81,6% соответственно. Глубина конверсии составила 90% против запланированных 45%.

Правда, динамика развития производства, выраженная в относительных показателях, не отражает реального положения дел: по оценкам за годы постсоветского развития уровень производства на заводе упал почти в 10 раз. Это проявилось в виде сокращения мощностей производственных участков. Нагрузки по их содержанию лежат на плечах завода и являются тем самым одним из условий источников повышения себестоимости продукции, понижая тем самым возможную прибыль завода. Сокращение производства отразилось и на числе работающих на предприятии — 4800 человек в 1991 году против 2800 в 1999 году.

Сложившиеся трудности заставили работать конструкторские бюро завода. Можно с уверенностью сказать, что наши конструкторы являются одними из лучших в мире. За эти годы ими были разработаны как образцы боевого оружия автомат Никонова, пистолет-пулемет Бизон, снайперская винтовка Драгунова десантного варианта, десятки образцов охотничьих карабинов. В год осваивается от 6 до 10 модификаций.

Совместные проекты с зарубежными партнерами

Ижевский оружейныйВсе это, конечно, не могло не привлечь внимания иностранцев. Завязываются отношения с компанией Смит и Вессон с целью производства стрелкового оружия для сил правопорядка США. Особый интерес у штатовцев вызвала модель Сайга-12. Контракт, правда, еще не подписан. Начались работы по приведению этого карабина к стандартам, требуемым законодательством США. Кроме того, был создан карабин 9-го калибра, применяемого в армиях стран НАТО. Но интерес капиталистов вызван не столько здоровой заинтересованностью в промышленном, техническом или научном потенциале наших предприятий, а тем, что в России можно платить работникам в сотни раз меньше, чем в благополучных странах, а результат тем не менее бывает не хуже, если не лучше. Вопрос — будет ли американский конструктор работать за нашу среднюю месячную зарплату, пусть даже и в день — ответа не требует.

Все вышесказанное не ставит своей целью дискредитацию конкретного завода. Такая ситуация наблюдается практически во всех производственных комплексах. Дело в том, что любой успех нашей экономики в целом или отдельных предприятий в частности либо не проходит испытание временем и оборачивается в будущем еще большим кризисом, либо оказывается ничего не значащим событием. Увеличение доли экспорта привело к повальному росту цен на внутреннем рынке, от которого пострадали рядовые потребители и производители товаров народного потребления. Конверсия на деле оказывается снижением производства и рентабельности. Совместные с западом проекты оборачиваются эксплуатацией нашего населения и наших природных ресурсов. Рыночная же экономика почему-то с каждым годом все больше и больше напоминает натуральное хозяйствование.